Судья Дождёва Н.В. дело №33-3-5533/2025
№ 2-30/2025
УИД: 26RS0030-01-2024-002106-11
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Ставрополь 04.09.2025
Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе председательствующего судьи Мясникова А.А.,
судей: Кононовой Л.И., Дробиной М.Л.,
при секретаре Хубиевой А.Л.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело
по апелляционной жалобе (с учетом дополнений на нее) ответчика/истца по встречному иску Гусоевой Т.Х. на решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 12.03.2025,
по гражданскому делу по исковому заявлению Деметрашвили Ирины Николаевны к Гусоевой Татьяне Хабиевне о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным и применении последствий недействительности сделки, и по иску исковому заявлению Гусоевой Татьяны Хабиевны к Деметрашвили Ирине Николаевне о признании прекратившим (утратившим) право пользования жилым помещением и выселении,
заслушав доклад судьи Мясникова А.А.,
установила:
Деметрашвили И.Н. обратилась в суд с иском к Гусоевой Т.Х.
о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным.
В обоснование исковых требований указала на то, что ФИО1 на основании договора купли-продажи объектов недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ является собственником земельного участка с кадастровым номером 26:29:080254:37 и жилого дома с кадастровым номером 26:29:080254:93, расположенных по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>. В период с 29 апреля по ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца группой неизвестных лиц были совершены мошеннические действия при следующих обстоятельствах. На абонентский номер, принадлежащий истцу, неустановленные лица осуществляли звонки, представившись сотрудниками банковских структур и правоохранительных органов, и под предлогом пресечения преступных действий, связанных с незаконным получением на имя истца кредитов и сохранения денежных средств, путем обмана похитили денежные средства истца. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо, представляясь сотрудником ФСБ России ФИО9, позвонило истцу, сообщило о попытке совершения незаконных действий с недвижимым имуществом, принадлежащим истцу, и предложило помощь в его сохранении.
Под влиянием заблуждения вышеуказанного лица, ДД.ММ.ГГГГ истец заключила с ответчиком предварительный договор купли-продажи объектов недвижимости, получив в тот же день в качестве задатка денежные средства в размере 200 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ, полученные от ответчика денежные средства в размере 180 000 руб., также под влиянием обмана, были переданы неустановленным лицам. ДД.ММ.ГГГГ сторонами был заключен договор купли-продажи вышеуказанных объектов недвижимости, в результате чего истцом от ответчика были получены денежные средства в размере 5 800 000 руб., которые в тот же день под влиянием заблуждения и по указанию лица, представлявшегося сотрудником ФСБ России ФИО9, также передала неизвестному лицу. В тот же день, истец обратилась в полицию
с заявлением о совершении в отношении нее мошеннических действий неустановленными лицами. В ходе дачи объяснений истец показала, что все время в период с 29 апреля по ДД.ММ.ГГГГ она верила неустановленным лицам, которое представлялись сотрудниками банковских структур и правоохранительных органов, и полагала, что действует в рамках спецоперации, направленной на защиту принадлежащего ей имущества от преступных посягательств, а звонившие ей являются сотрудниками правоохранительных органов. Данные лица запугивали истца, не разрешали с кем-либо разговаривать, контролировали все передвижения путем телефонных звонков и сообщений. Таким образом, истец полагает, что имеются основания для признания сделки купли-продажи земельного участка и жилого дома недействительной, заключенной под влиянием обмана и заблуждения, что подтверждается следующими обстоятельствами. Истец является собственником указанного недвижимого имущества менее года; иного жилья в собственности не имеет. Заключение оспариваемого договора купли-продажи не было добровольным волеизъявлением истца, поскольку она подписала договор купли-продажи под убеждением со стороны лиц. представившихся сотрудниками правоохранительных органов, которые ввели ее в заблуждение, сообщив, что домом и земельным участком могут завладеть мошенники, то есть, сделка совершена под влиянием обмана и заблуждения. В момент подписания договора истец находилась в подавленном состоянии; подписывая договор купли-продажи, истец была уверена, что действуют с целью помощи правоохранительным органам и в дальнейшем недвижимость и денежные средства вернутся в ее законное владение, то есть заблуждалась относительно природы сделки, а также обстоятельств, из наличия которых она исходила, совершая сделку.
В указанный период времени (с 29 апреля по ДД.ММ.ГГГГ) истец постоянно находилась в состоянии эмоционального напряжения, а стрессовая ситуация и фиксация истца на негативных эмоциональных переживаниях оказали существенное влияние на сознание и деятельность, привели к ограничению адекватной оценки ситуации, значительно повлияли на формирование неадекватного представления о существе сделки и снижению прогностических и критических способностей в отношении социально[1]юридических последствий, ограничили способность истца свободно изъявлять свои подлинные намерения. Таким образом, заключение истцом оспариваемого договора купли-продажи с ответчиком явилось следствием мошеннических действий, в результате которых у истца сложилось ошибочное представление об обстоятельствах сделки. Об отсутствии у истца намерения продать принадлежащее ей имущество свидетельствует и то, что спорное жилое помещение является для истца, имеющего преклонный возраст (70 лет), единственным местом жительства, в котором она проживала до момента заключения указанного договора купли-продажи. При заключении договора купли-продажи, истец была обманута и введена в заблуждение, что находится в причинной связи с ее согласием на заключение сделки, при этом, формирование ее воли происходило не свободно, поскольку на истца было оказано воздействие, реального намерения передать в собственность ответчику спорное жилое помещение истец не имела, каких[1]либо предварительных действий по реализации прав собственника на распоряжение домом и земельным участком в пользу других лиц не осуществляла (о продаже не объявляла, в агентство недвижимости не обращалась), при этом фактически действия истца при подписании договора находились под контролем неустановленных лиц.
Просила суд признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО2 в отношении земельного участка с кадастровым номером 26:29:080254:37, площадью
690 кв.м, расположенного на землях населенных пунктов, предоставленного для ведения личного подсобного хозяйства и размещенного на нем жилого дома с кадастровым номером 26:29:080254:37, общей площадью 125,4 кв.м, расположенных по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес> недействительным, исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности ФИО2 в отношении земельного участка с кадастровым номером26:29:080254:37, площадью 690 кв.м, расположенного на землях населенных пунктов, предоставленного для ведения личного подсобного хозяйства и размещенного на нем жилого дома скадастровым номером 2629:080254:37, общей площадью 125,4 кв.м, расположенных по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>, восстановить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о праве собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером 26:29:080254:37, площадью 690 кв.м, расположенный на землях населенных 4 пунктов, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом с кадастровым номером 26:29:080254:37, общей площадью 125,4 кв.м, расположенные по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>.
ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1
о признании прекратившим (утратившим) право пользования жилым помещением и выселении.
В обоснование исковых требований указала на то, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продала ФИО10 земельный участок с кадастровым номером 26:29:080254:37 и жилой дом с кадастровым номером 26:29:080254:93, расположенных по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>. В соответствии с условиями указанного договора купли-продажи, ФИО1 и ФИО1 обязались освободить жилой дом, расположенного по указанному адресу. Однако ответчик не освободила жилой дом. В связи с тем, что в настоящее время у ФИО2 и ее семьи возникла необходимость проживать
в указанном жилом доме, она обратилась к ответчику с просьбой освободить жилой дом, однако ответчик категорически отказался выселяться из жилого дома. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в адрес ФИО1 направлено требование о выселении. На сегодняшний день ФИО1 не освободила принадлежащий ФИО2 на праве собственности жилой дом. Таким образом, действиями ответчика нарушены ее права, так как она лишена возможности пользоваться и распоряжаться принадлежащим ФИО2 недвижимым имуществом. Иных доводов в обоснование исковых требований не указано.
Просила суд признать ФИО1 превратившим право пользования жилым домом, расположенном по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>, выселить ФИО1 из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>;
Определением Предгорного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным и гражданское дело № по исковому заявлению ФИО11 к ФИО1
о признании прекратившим (утратившим) право пользования жилым помещением и выселении объединены в одно производство.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, выраженного в протокольной форме к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, 5 привлечен нотариус Предгорного нотариального округа <адрес> ФИО19
Обжалуемым решением Предгорного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 к ФИО2
о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным и применении последствий недействительности сделки удовлетворены.
В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании прекратившим (утратившим) право пользования жилым помещением и выселении отказано.
В апелляционной жалобе (с учетом дополнений на нее) ответчик/истец по встречному иску ФИО3 ставит вопрос об отмене обжалуемого решения суда как несоответствующего нормам материального
и процессуального права, и принятии нового решения об удовлетворении ее исковых требований и отказе в удовлетворении требований ФИО1 в полном объеме. Ссылается на процессуальные нарушения суда первой инстанции. Считает, что судом необоснованно принято новое доказательство по делу в виде экспертного исследования представленного истцом. Полагает, что сделка совершенная между истцом и ответчиком в рамках договора купли-продажи осуществлена в соответствии с действующим законодательством. в момент совершения сделки истец полностью осознавала характер своих действий и наступление последствий. Никто
из участников сделки не оказывал на истца психологического давления.
Письменных возражений относительно доводов апелляционной жалобы не поступило.
Исследовав материалы гражданского дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе (с учетом дополнений на нее), проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом первой инстанции установлено, и подтверждается материалами дела, что истец ФИО1 на праве собственности на основании договора купли[1]продажи от ДД.ММ.ГГГГ принадлежал земельный участок
с кадастровым номером 26:29:080254:37, площадью 690 кв.м, расположенный на землях населенных пунктов, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом
с кадастровым номером 26:29:080254:93, общей площадью 125,4 кв.м, по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>.
Как следует из указанного договора купли-продажи, указанное имущество истца ФИО12 приобретено за 7 500 000 руб.
Между ФИО1 на стороне продавца и ФИО2 на стороне покупателя ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи,
на основании которого ФИО1 обязалась передать в собственность ФИО2 земельный участок с кадастровым номером 26:29:080254:37, площадью 690 кв.м, расположенный на землях населенных пунктов, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства и размещенный на нем жилой дом с кадастровым номером 26:29:080254:93, общей площадью 125,4 кв.м, по адресу: <адрес>, Предгорный муниципальный округ, <адрес>.
В соответствии с пунктом 2.3 указанного договора купли-продажи, стороны оценили земельный участок в 1 000 000 руб., жилой дом в 5 000 000 руб. Расчет по сделке произведен сторонами до подписания договора (пункт 3 договора).
В пункте 3.2 договора указано, что ФИО1 гарантирует, что она заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой.
В пункте 4.4 договора указано, что ФИО1 обязуется освободить указанный жилой дом в срок до ДД.ММ.ГГГГ и снятся с регистрационного учета по месту жительства в нем в срок до ДД.ММ.ГГГГ.
Договор удостоверен ФИО13, временно исполняющей обязанности нотариуса <адрес> нотариального округа <адрес> ФИО19
Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке в ЕГРН.
Заключению основного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ предшествовало заключение сторонами предварительного договора купли[1]продажи объектов недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ денежные средства были переданы ФИО2
и получены ФИО1 в сумме 200 000 руб., и ДД.ММ.ГГГГ в сумме
5 800 000 руб., что подтверждается соответствующими расписками, представленными в материалы дела, что сторонами не оспаривалось.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ФИО14 указала на то, что ей на телефон позвонил некий ФИО15, который представился сотрудником ФСБ и предложил поучаствовать в специальной операции для поимки мошенников, при этом пояснил, что, если ФИО14 не согласится, то в отношении нее будет возбуждено уголовное дело. ФИО14 необходимо было обратиться к любому риелтору и выставить свое недвижимое имущество на продажу, при этом указать небольшой размер его стоимости. ФИО14 обратилась к риелтору, риэлтерская фирма осмотрела ее недвижимое имущество и выставила на продажу. Далее был найден клиент на покупку земельного участка и жилого дома, которые осмотрели дом, согласовали цену и договорились о том, что договор купли-продажи будет заключен у нотариуса. ДД.ММ.ГГГГ у нотариуса был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, за которое ФИО14 выручила 6 000 000 руб. После того, как были ФИО14 получены денежные средства в размере 6 000 000 руб., последней было сообщено ФИО15 о том, что деньги и у нее, после чего ей было сказано о том, что приедет курьер и ей необходимо денежные средства передать ему. С момента звонка мошенника, представившего ФИО15 и до момента передачи денежных средств курьеру, с ней на постоянной основе общался ФИО15, который убеждал ее в том, что она помогает правоохранительным органам. Передав денежные средства курьеру, ФИО14 поняла, что ее обманули, после чего она сразу обратилась в правоохранительные органы с заявлением о совершенном в отношении нее мошеннических действий.
Также, судом первой инстанции было установлено, что постановлением следователя СО отдела МВД России «Предгорный» старшего лейтенанта юстиции ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ.
Постановлением следователя СО отдела МВД России «Предгорный» старшего лейтенанта юстиции ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу №.
Приговором Предгорного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО17 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью
4 статьи 159 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Указанным приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО17 не позднее ДД.ММ.ГГГГ в неустановленном следствием месте, времени и при неустановленных следствием обстоятельствах получил предложение от неустановленного следствием лица, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, о совместном хищении денежных средств граждан путем обмана, дал на него свое согласие,
т.е. вступил в предварительный преступный сговор на совершение мошенничества. Согласно распределенных между ними преступных ролей, неустановленное лицо должно было осуществлять телефонные звонки потенциальным потерпевшим, в ходе которых, представляясь сотрудниками правоохранительных органов, банковских и иных государственных учреждений, сообщать им заведомо ложные сведения и под различными надуманными предлогами, то есть путем обмана, убедить их передать денежные средства, а ФИО17, согласно отведенной ему преступной роли, должен был прибыть по месту проживания потенциальных потерпевших и получить от них денежные средства, передать их неустановленному лицу.
Так, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась под воздействием преступников. Так, ДД.ММ.ГГГГ с 09 часов 00 минут до 10 часов 00 минут ей снова позвонил «ФИО15», который сообщил, что мошенники через росреестр выставили её дом на продажу. Ей срочно нужно продать а денежные средства отправить в Центр Банк, чтобы сохранить тем самых; дом. Каждый раз в ходе разговора «ФИО15» убеждал её, чтобы она никому ничего не говорила, что времени мало и все действия, на которые ФИО15 указывает, нужно срочно произвести. Она согласилась продать свой дом, и после этого «ФИО15» дал ей несколько номеров риелторов. В тот же день ДД.ММ.ГГГГ она позвонила по одному из номеров, ей не ответили, по второму номеру взял трубку риелтор, который представился ФИО5 Смоляковым (+7 (928)-823-57-45). Ему она сообщила о срочной продаже дома, но об общении с «ФИО15» она не рассказывала. ФИО22 нашел клиентов, которые на следующий день согласились приобрести её дом. ДД.ММ.ГГГГ к ней домой приехал риелтор ФИО22 вместе с покупателем ФИО20 В этот же день они заключили предварительный договор купли-продажи.
Приговорам также установлено, что ФИО20 в качестве задатка передал ФИО1 200 000 руб. Деньги в сумме 200 000 руб. ФИО20 передал ей, находясь у неё дома ДД.ММ.ГГГГ. После того как риелтор и покупатель уехали, она сообщила «ФИО15», что договорилась о продаже дома и получила задаток в размере 200 000 руб. «ФИО18» сказал ей, что бы она из указанных денег в сумме 200 000 руб. оставила себе на расходы, связанные с продажей дома, а 180 000 руб. перевела на счет Центрального Банка России. ФИО1 по указанию «ФИО15» отправилась к банкомату по <адрес>
в <адрес> муниципального округа <адрес>, где посредствам банкомата и приложения в ее телефоне «Мир Пэй» отправила деньги в сумме 180 000 руб. на счет Центрального Банка России, который ей продиктовал «ФИО18». Деньги в сумме 180 000 руб.
она отправила ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 26 минут. «ФИО15» также попросил её продиктовать ему номера тех купюр, которые оставались у неё на расходы для сбора справок по продаже дома, что она и сделала. На протяжении следующих 10 дней «ФИО15» звонил ей по несколько раз в день и разговаривал с ней о продаже дома. Говорил чтобы она ни о чем не переживала и торопила риелтора, чтобы быстрей оформил сделку. «ФИО15» ежедневно ей говорил, чтобы она никому не разглашала детали «операции». ДД.ММ.ГГГГ в 06 часов ей позвонил «ФИО15» и снова стал говорить, чтобы она соблюдала конфиденциальность и секретность, никому ничего не говорила. После звонка «ФИО15» утром ей также позвонил «ФИО9», который также стал говорить о соблюдении режима секретности и конфиденциальности операции. После их звонков, в 07 часов 30 минут за ней 15 заехал риелтор ФИО22 и они на его автомобиле поехали в наркодиспансер, для того чтобы забрать справку от врача нарколога, необходимую для сделки по продаже дома. Забрав справку они поехали в офис ФИО22, где их ждали покупатели. По приезду в офис ФИО1, риелтор и покупатели решили заключить нотариальную сделку по продаже дома, так как на тот момент у неё еще не была готова справка от психиатра.
Находясь в офисе, они проверили денежные средства, которые покупатели приготовили в качестве расчета в размере 5 800000 руб. Дом она продавала за 6 000000 руб., задаток ранее её был передан в размере 2 00000 руб. После того, как они проверили деньги в размере 5 800000 руб. она подписала соответствующую расписку, они убрали деньги обратно в полимерный пакет. После этого они поехали к нотариусу, где оформили сделку по продаже её дома по <адрес> муниципального округа <адрес>. Покупателем дома была ФИО3. Сделка и передача денег от покупателя была примерно с 10 до 11 часов. После сделки она с деньгами в сумме
5 800000 руб. поехала к себе домой. Домой её отвозил ФИО22, которому по приезду она заплатила 200 000 руб., то есть процент от продажи дома, который риелтор взял за свои услуги по продаже дома. Находясь дома в период времени с 12 часов 00 минут до 12 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ она сообщила «ФИО15» о том, что продала дом и у неё на руках находятся деньги в сумме 5 600000 руб., то есть за минусом 200000 руб., которые она отдала риелтору. «ФИО15» сообщил, что в течение
10 минут к ней приедет курьер, которому она должна передать всю указанную сумму 5 600000 руб., плюс те деньги, которые остались 200000 руб. на оформление справок для продажи дома, на которые она потратила 7450 руб. В пакете на тот момент находились денежные средства в сумме 5 612550 руб. После звонка «ФИО15», ей с его же номера позвонил мужчина, он представился начальником юридического отдела «Колосовым» и сообщил, чтобы она ни о чем не переживала, так как указанные деньги переведут на ячейку Центрального банка для выкупа её дома. Кроме этого Колосов сообщил ей, что курьер передаст ей документ, подтверждающий то, что её деньги будут храниться в безопасной ячейке Центрального банка Российской Федерации. В период времени с 13 часов 30 минут до 14 часов
ДД.ММ.ГГГГ ей позвонил «ФИО15» и сообщил, что к её дому подъехал автомобиль с курьером, которому она должна вынести и передать денежные средства. Из автомобиля вышел водитель ФИО17 Он подошел к ней и назвал кодовое слова «Саншайн», протянул ей лист с печать Центрального Банка и взял у неё из рук пакет с денежными средствами. После этого сел в автомобиль и уехал.
Предъявляя к ФИО2 требования о признании договора купли -продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, ФИО1, ссылалась на то, что в момент совершения сделки она находилась в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, действовала под влиянием заблуждения, считала сделку купли-продажи земельного участка и жилого дома временной сменой собственника, с возможностью получить (выкупить) указанное недвижимое имущество обратно.
С целью проверки доводов лиц, участвующих в деле, определением Предгорного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная стационарная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено судебным экспертам ГБУЗ
СК «<адрес>вая клиническая психиатрическая больница №».
Как следует из выводов заключения комиссии экспертов №
от ДД.ММ.ГГГГ, во время заключения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдала. А поэтому в момент совершения сделки ДД.ММ.ГГГГ она могла понимать значение своих действий и руководить ими, могла свободно изъявлять свои подлинные желания и имела адекватное (правильное) представление о существе заключении договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, понимала сущность сделки и её юридические особенности. В данном случае, в основе поведения ФИО1 было ошибочное смысловое восприятие и оценка всей ситуации в целом под влиянием психологического воздействия со стороны мошенников (т.е третьих лиц, а не ответчика), что повлияло на мотивы заключения данной сделки. Экспертами указано, что психологический анализ представленных материалов гражданского дела, совокупный анализ данных экспериментально-психологического исследования, психологического интервьирования, направленного на исследуемую ситуацию и психологического наблюдения позволяют прийти к следующему выводу, что ФИО1 в исследуемой ситуации находилась в состоянии эмоционального напряжения в связи с возникшей ситуативной тревогой от полученной информации из вне о заведении на нее уголовного дела при отказе сотрудничать с третьими лицами, продажи ее дома черными риелторами и, оказалась в психологической зависимости от третьих лиц, обусловленной манипулятивным поведением неизвестных, проявила ведомость по отношению к неизвестным лицам, что нашло отражение в её поведении в момент совершения сделки купли-продажи земельного участка и размещенного на нем жилого дома ДД.ММ.ГГГГ.
Исследование выявило нахождение ФИО1 в момент совершения сделки в состоянии эмоционального напряжения, которое нашло отражение в её поведении, не оказав существенного влияния на понимание содержательной стороны заключенного договора, она понимала финансовый характер совершаемых ею действий (заключение договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в отношении земельного участка и размещенного на нем жилого дома), однако приписываемое этим действиям значение трактовалось в контексте ошибочной, заданной извне реальности. Преследуя цель избежать ущерба («сказали, что черные риелторы выставят дом на продажу»), она выполняла задаваемые извне указания третьих лиц. В данном случае звено борьбы мотивов при принятии решения отсутствовало, так как предложенные ей средства достижения цели воспринимались как правильные и 25 безальтернативные. Индивидуально-психологические (в том числе и интеллектуальные, волевые) особенности не были сами по себе нарушены, однако осмысление событий происходило в системе неверных (ошибочных, иллюзорных) реалий. Критические и прогностические функции не были редуцированы, её действия были направлены на проявление активности во избежание ущерба по продажи ее дома мнимыми (черными) риелторами. ФИО1 понимала сущность сделки, её юридические особенности и делегировала ответственность за условия оформления договора купли-продажи ее дома и земельного участка неизвестным ей лицам, проявив необоснованное доверие. Способность ФИО1 в период ДД.ММ.ГГГГ, относящийся к совершению сделки, а именно заключению договора купли продажи земельного участка и размещенного на нем жилого дома, свободно изъявлять свои подлинные желания и намерения не была нарушена. Исполнение принятого решения было основано на неправильно сформированной цели в результате манипулятивных действий со стороны мошенников.
При заключении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в отношении земельного участка и размещенного на нем жилого дома, ФИО1 в результате направленного манипулятивного воздействия со стороны неизвестных ей третьих лиц, была подвержена психологическому воздействию, в результате чего проявила необоснованное доверие, податливость при совершении действий.
Суд первой инстанции признал выводы заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ обоснованными, поскольку экспертиза проведена экспертом компетентной организацией в предусмотренном законом порядке в соответствии с требованиями статей 79, 80, 84, 85, 86, 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная экспертиза оценена судом по правилам статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперт имеет соответствующие квалификацию и образование, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, в его распоряжение были представлены материалы гражданского дела, при проведении экспертизы производился учет полученных данных.
Заключение комиссии экспертов принято судом в качестве допустимого доказательства по делу, как соответствующее требованиям
ст. 86 ГПК РФ, выводы которого являются полными, ясными и понятными, сомнений в правильности выводов у суда не возникло.
Удовлетворяя судом первоначально заявленные требования ФИО1, что явилось основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, суд первой инстанции, применив нормы права, применяемые к спорным правоотношениям, положив в основу заключение проведенной по делу судебной экспертизы №
от ДД.ММ.ГГГГ, пришел к правильному выводу о наличии оснований
для признания оспариваемой сделки недействительной, поскольку на момент ее совершения истец ФИО1, не была способна понимать значения своих действий и руководить ими и в качестве последствий недействительности указанной сделки (договор купли-продажи
от ДД.ММ.ГГГГ), в связи с чем суд счел необходимым прекратить право собственности ответчика ФИО2 на спорный земельный участок
и размещенный на нем жилой дом, возвратить в собственность и признать право собственности за истцом ФИО1, возложить на ответчицу ФИО3, обязанность по возврату ФИО1 денежных средств стоимости жилого дома и земельного участка в размере 6000000 рублей.
Судебная коллегия, рассматривая дело в пределах доводов апелляционной жалобы и дополнений на нее, оснований для отмены решения суда не находит по следующим основаниям.
Согласно п. 2 ч. 3 ст. 10 ЖК РФ, защита жилищных прав осуществляется путем: восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения.
В силу ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В соответствии со ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом РФ, законом или добровольно принятым обязательством.
Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).
Согласно ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Частью 1 ст. 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1)
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в т.ч. повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2)
Согласно ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Согласно ч. 1 ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
В соответствии с п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела
I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки
Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Суд первой инстанции отклонил доводы стороны ответчика Гусоевой Т.Х. по первоначальному иску - истца по встречному иску о том, что по внешнему виду ответчик не мог определить наличие у Деметрашвили И.Н. психического заболевания, как и ссылку на то, что и у нотариуса при совершении нотариального действия - оформления договора купли-продажи также не возникло сомнений в психическом состоянии истца, поскольку данные доводы не ставят под сомнение выводы суда о совершении Деметрашвили И.Н. действий на совершение продажи квартиры в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку указанные лица не обладают специальными познаниями в соответствующей области знаний, как и суд, а потому в силу положений ст. 79 ГПК РФ для разрешения вопроса, требующего специальных познаний, судом была назначена судебная экспертиза.
Судом был учтен возраст Деметрашвили И.Н. (70 лет), ее состояние здоровья, правовая неосведомленность, психо-эмоциоанальное состояние, моральные качества, а также, что спорное недвижимое имущество является единственным жильем истца Деметрашвили И.Н.
Также судебная коллегия считает, что по данному делу суд первой инстанции, оценив заключение от №2111 от 11.12.2024, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обоснованно признал его допустимым доказательством по делу, поскольку оно составлено компетентными специалистами, обладающими специальными познаниями, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Указанное экспертное заключение отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выводы экспертов основаны на соответствующих данных, представленных в их распоряжение материалов, являются достаточно ясными, полными, содержащими конкретные мотивированные выводы, основанные на анализе всех имеющихся в деле доказательств и медицинских документов.
В связи с этим суд первой инстанции при принятии решения обоснованно руководствовался результатами указанной судебной экспертизы, не установив оснований для назначения по делу повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы.
Не установлено оснований для назначения по делу повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы и в ходе апелляционного рассмотрения дела.
Установленные экспертами в ходе проведения исследования указанные обстоятельства явились достаточным основанием для дачи заключения о том, что в момент подписания договора купли-продажи недвижимого имущества, то есть 15.05.2024, Деметрашвили И.Н. не способна была понимать значение своих действий и руководить ими.
Оснований сомневаться в выводах судебных экспертов у судебной коллегии не имеется.
Учитывая установленные по делу обстоятельства на основании имеющихся в материалах дела доказательствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что выраженная при заключении договора купли-продажи воля истца не была направлена на заключение договора продажи принадлежащей ей недвижимости, поскольку сделки совершены в результате заблуждения, которое являлось для истца столь существенным, что при разумной и объективной оценке ею ситуации она бы не заключила указанную сделку, если бы знала о действительном положении дел. Тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока
ее воли при совершении сделки в юридически значимый период.
При этом судебная коллегия не может принять во внимание доводы ответчика относительно того, что он не является лицом, которое ввело истца в заблуждение при заключении договора купли-продажи, поскольку материалами дела достоверно подтверждается, что воля истца при заключении оспариваемых договоров свободной не являлась.
Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права в связи с несвоевременным составлением мотивированного решения суда и не направлением ему копии судебного акта, не свидетельствуют о существенном нарушении судом норм процессуального права. Указанные заявителем нарушения не повлекли невозможность ознакомления его с судебным актом и невозможность его обжалования в апелляционном порядке. Предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловных оснований для отмены решения суда первой инстанции в данном случае не усматривается.
Доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда.
Выводы, содержащиеся в решении суда первой инстанции, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения сторон.
Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с данной судом оценкой представленных доказательств, не могут являться основанием для отмены постановленного решения суда, так как суд воспользовался правом, предоставленным ему ст. 67 ГПК РФ, оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Оснований для переоценки доказательств не имеется.
Выводы суда подробно мотивированы, соответствуют требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела, оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, для признания их ошибочными и отмены решения суда в апелляционном порядке не установлено.
Обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба оставлению без удовлетворения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 12.03.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.09.2025.
Председательствующий
Судьи: